Зоозащитники обратились за поддержкой к диаспорам и омбудсмену после получения угроз от трэш-стримера Олега Баласяна. Конфликт, возникший из обвинений в жестоком обращении с животными и монетизации насилия, оказался гораздо более сложным, чем первоначальные интернет-споры. По данным активистов, они столкнулись с давлением, слежкой и уже подали более тысячи заявлений в правоохранительные органы, однако системной реакции от них не последовало. В связи с этим защитники животных готовят коллективное обращение к уполномоченному по правам человека в РФ Яне Лантратовой. Причины этого шага заключаются не только в затянувшихся проверках, но и в угрозах, которые они начали получать, включая слежку и публикацию личных данных.
Среди резонансных случаев, связанных с Баласяном, выделяется спасение щенка по кличке Моника. Активисты утверждают, что до этого от рук блогера погибли несколько домашних животных, включая питбуля Графа и борзую Леди. В августе 2026 года Зарайский районный суд на основании обращения зоозащитников изъял животных у Баласяна до завершения разбирательства и запретил ему заводить новых питомцев. Тем не менее, всего через несколько дней в его Telegram-канале появилась новая такса. На требование судебных приставов предоставить собаку, блогер ответил, что «не знает, о ком речь», а позднее опубликовал видео с вопросом: «Ты не знаешь, какую таксу они ищут?»
В дополнение к этому, в его канале появились ролики с рыжим котом, который, по версии активистов, может испытывать боль. Сам Баласян все обвинения отрицает. Однако особую тревогу у правозащитников вызывает то, как Баласян воздействует на своих оппонентов. Например, правозащитник Центра системной правозащиты Анастасия Рязанова публично обратилась к армянской диаспоре. Она отметила, что ее просьба не о том, чтобы судить Баласяна по национальности, а о надежде на моральный авторитет сообщества, к которому он сам обращается.
«Я никогда не искала публичности», — подчеркнула Рязанова. — «Но сейчас я столкнулась с тем, что расцениваю как травлю: он оскорбляет память моей покойной матери, распространяет ложь обо мне, глумится над людьми с инвалидностью в нашей команде и публикует персональные данные. Я не прошу суда толпы. Я прошу справедливости.»
История Светланы (имя изменено) выглядит особенно тревожно. Она несколько лет была подписчицей Баласяна, но после того, как присоединилась к коллективному заявлению, столкнулась с систематическим давлением. По ее словам, блогер приезжал к ее дому в Люберцах, снимал соседнюю квартиру, публиковал номера машин и личные фотографии. Ей также угрожали «братья-чеченцы». Позднее давление, как утверждает Светлана, затронуло ее родственников в Москве и Электростали. Она обратилась в полицию и Следственный комитет. В распоряжении редакции имеются скриншоты сообщений, которые она расценивает как угрозы. Светлана также утверждает, что за ней следил знакомый Баласяна по имени Сулим, и ее заявление принято к рассмотрению.
Ситуацию взяла на контроль дружина «Русской общины» по ЦАО. Глава этой организации Олег Клименко подтвердил, что к ним обратилась группа граждан с жалобами на действия Баласяна. «По словам заявителей, он на протяжении двух лет публикует трэш-контент с жестокостью, оскорблениями и провокациями. Написано уже более тысячи заявлений, однако должной оценки ситуация пока не получила. Люди не должны оставаться без защиты, когда обращаются в правоохранительные органы», — заявил Клименко.
Также, по данным активистов, давление оказывалось на журналистов, освещавших эту историю. Если такие действия направлены на то, чтобы заставить журналиста отказаться от материала или изменить его, они могут квалифицироваться по статье 144 УК РФ («Воспрепятствование законной профессиональной деятельности журналистов»).
Глава Центра системной правозащиты Дмитрий Беляков отметил, что более тысячи заявлений зоозащитников — это свидетельство системной проблемы, а не единичного инцидента. Он призвал правоохранительные органы к более решительным действиям и публичному отчету. «Не менее важно пресечь то, что воспринимается как давление и слежка в адрес активистов», — добавил он.
Изъятие животных стало первым ощутимым результатом, но это, вероятно, не финал. Если после суда появляются новые питомцы, после заявлений — сообщения об угрозах, а после внимания прессы — информация о давлении на журналистов, предметом проверки становится уже не отдельный ролик, а вся цепочка событий вокруг Баласяна. Вопрос, который сегодня всё громче звучит: почему людям, месяцами обращающимся в органы, приходится искать защиты у омбудсмена, диаспор и общественных организаций? ИА СоцИнформБюро.